Рецензия на фильм «Живая ярость»: Гонконгское кино наносит ответный удар

Гонконгский боевик «Живая ярость» вышел в российский прокат 9 июля 2026 года. Режиссёр: Кэндзи Танигаки. В ролях: Се Мяо, Джо Таслим, Ян Энъю, Брайан Лэ и другие.

Немой отец Ван Вэй (Се Мяо) ищет свою похищенную дочь. Болтливый супруг Навин (Джо Таслим) разыскивает пропавшую жену-журналистку, которая занималась делом об исчезновении детей. К несчастью для похитителей, оба героя ― мастера восточных единоборств. Пути двух неугомонных мужчин пересекаются в ночном клубе с нелегальными боями без правил, являющемся по совместительству преступным логовом. Положив по сотне головорезов каждый, Ван и Навин тоже сходятся в поединке. Методом ударов в грудь и заламывания суставов герои приходят к выводу, что они друг другу не враги. Всё, что последует дальше, ― чистая эссенция гонконгского кино об искусстве рукопашного боя с кульминацией в виде получасового мордобоя с участием пяти действующих лиц. И это настоящий праздник во славу кинематографа.

Диалоги и сюжет в таких фильмах, как «Живая ярость», роли не играют. Вся коммуникация между героями происходит на языке тела, понятном любому зрителю без субтитров. Подобно тому, как все пять соперников разных национальностей (китаец Се Мяо, индонезиец Джо Таслим, вьетнамец Брайан Лэ, таец Яян Рухьян и японец Джои Иванага), у каждого из них свой собственный боевой стиль.

Ван Вэй по заветам кунг-фу использует кинетику своего тела, раскачивая врага подобно рычагу и нанося ему удар благодаря невероятной амплитуде. Навину ближе грязный уличный стиль с перекатами, подножками и прямыми ударами в переносицу. Громила Хо (Лэ) полагается на свою неимоверную силу и толстую кожу, из-за чего любой его достигший цели удар для противника может стать смертельным. Рухьян, прошедший оба «Рейда», комбинирует лук со стрелами на дальней дистанции с разделочным ножом вблизи. А японский Патрик Бэйтман (Иванага) пользуется преимуществом своих длинных ног, проворностью и смертоносной ловкостью.

Чтобы все эти стили были подчёркнуто выражены на экране и представлены во всей своей безжалостной красоте, режиссёр Кэндзи Танигаки аккумулировал весь свой многолетний опыт работы в жанре экшен-кино. Пройдя школу боевой хореографии Донни Йена, побывав координатором трюков в Голливуде («Блэйд 2») и Гонконге («Войны сумерек»), японец Танигаки в «Живой ярости» возводит каждый поединок в акт восточного искусства, сочетая кровавые подтёки с грацией балетных па.

Смотреть на этот театр тщательно продуманного безумия ― одно удовольствие, особенно без лишних монтажных склеек и когда в ход идёт окружение героев. Здесь дерутся молотками и катанами, кусками льда и лестницами, бетонными блоками и бутылками виски, но самой неожиданной стала, пожалуй, битва велосипедами ― от такого спектакля зал взорвался аплодисментами, словно Невеста только что сняла скальп с побеждённой О-Рен.

Конечно, всё это далеко не «Рейд 1-2», как пишут западные критики, но финальная битва ― определённо новый шедевр экшен-кино, превращающий этот задорный, местами убийственно смешной боевик категории «Б» в очередное серьёзное достижение гонконгского кинематографа. И помните: чем больше экран, тем больше адреналина.

Вадим Богданов, «Интермедия»